Неточные совпадения
— Да не найдешь слов с вами! Право, словно какая-нибудь, не говоря
дурного слова, дворняжка, что лежит на сене: и сама не ест сена, и другим не дает. Я хотел было закупать у вас хозяйственные продукты разные, потому что я и казенные подряды тоже веду… — Здесь он прилгнул, хоть и вскользь, и без всякого дальнейшего размышления, но неожиданно удачно. Казенные подряды подействовали сильно на Настасью Петровну, по крайней мере, она произнесла уже почти просительным
голосом...
Дверь 12-го нумера была полуотворена, и оттуда, в полосе света, выходил густой дым
дурного и слабого табаку, и слышался незнакомый Левину
голос; но Левин тотчас же узнал, что брат тут; он услыхал его покашливанье.
Идет он,
дурень,
Домой да плачет,
На
голос воет.
Приходит
дуреньДомой, сам плачет,
На
голос воет,
Матери скажет.
Приходит
дуреньДомой, сам плачет
На
голос воет.
— Бог мой, это, кажется, не очень приятная дама! — усталым
голосом сказала она. — Еврейка? Нет? Как странно, такая практичная. Торгуется, как на базаре. Впрочем, она не похожа на еврейку. Тебе не показалось, что она сообщила о Дмитрии с оттенком удовольствия? Некоторым людям очень нравится сообщать
дурные вести.
— Я привез вам
дурное известие, — сказал он ровным
голосом, не глядя на нее и не подавая руки, — в Сенате отказали.
— Не правда ли, хорошо? — сказал Михаил Иваныч учителю уже простым
голосом и без снимания мерки; ведь не нужно быть в
дурных отношениях с такими людьми, которые допрашивают ординарцев, — почему ж не заговорить без претензий с учителем, чтобы он не сердился?
— Верочка, друг мой, ты упрекнула меня, — его
голос дрожал, во второй раз в жизни и в последний раз; в первый раз
голос его дрожал от сомнения в своем предположении, что он отгадал, теперь дрожал от радости: — ты упрекнула меня, но этот упрек мне дороже всех слов любви. Я оскорбил тебя своим вопросом, но как я счастлив, что мой
дурной вопрос дал мне такой упрек! Посмотри, слезы на моих глазах, с детства первые слезы в моей жизни!
Огонь краснеет от шампанского, бегает по поверхности пунша с какой-то тоской и
дурным предчувствием. А тут отчаянный
голос...
— Закаркала! — резким
голосом, сурово вскликнул Марко Данилыч. — Чем бы радоваться, что Дунюшка со знатными людьми в компании, она невесть что плетет. Я на Марью Ивановну в полной надежде, не допустит она Дуню ни до чего худого, да и Дуня не такая, чтоб на
дурные дела идти.
— У него не может быть
дурных намерений… — отвечала она слабым
голосом.
— Хлебников! Дьявол косорукий! — кричал маленький, круглый и шустрый ефрейтор Шаповаленко, и в
голосе его слышалось начальственное страдание. — Я ж тебе учил-учил,
дурня! Ты же чье сейчас приказанье сполнил? Арестованного? А, чтоб тебя!.. Отвечай, для чего ты поставлен на пост!
— Нет-с, я не наобум говорю, — возразил обиженным
голосом Крапчик и стал передавать все, что он слышал
дурного о хлыстах от Евгения.
— Но неужели же я
дурная дочь? — произнесла чувствительным
голосом Людмила.
— Мама, — проговорила она, и
голос ее звучал глубокой задушевностью, — утром моя первая мысль будет о тебе, а вечером, засыпая, я стану думать о тебе же. Память о тебе станет охранять меня от всего
дурного.
— Прошу вас, князь, не говорить таким образом. Цинизм ваш вообще
дурного тона, а тут он совершенно некстати. Говоря это, вы сами не чувствуете, как становитесь низко, очень низко, — сказал он раздраженным
голосом.
Его
голос, манера говорить и «барышня» навеяли на Лаптева то
дурное настроение, какое он испытывал всякий раз в амбаре.
— Нет, не девчонка, — сказал Саша и вдруг, сердясь на себя за свою застенчивость, спросил зазвеневшим
голосом: — чем это я похож на девчонку? Это у вас гимназисты такие, придумали дразнить за то, что я
дурных слов боюсь; я не привык их говорить, мне ни за что не сказать, да и зачем говорить гадости?
— Девочка что-то больно кричала, как стали ее крестить, но потом росла себе пригожая и смышленая, только смаленька все задумывалась да образов боялась и ладану не любила. А как вошла в пору да в разум, порассказал ей неведомо кто, как отец потерял молитву ее. С того дня ей попритчилось, и стала она кликать на разные
голоса. Вот ее-то, бедную, видели вы. Кажись, теперь нечистому недолго в ней сидеть. Помощь божья велика нам, грешным. А вы помните, други мои, слово
дурное и хорошее не мимо идет.
Он хотел казаться спокойным, но между тем смущение проникло в его душу. Он вспомнил, что все гаданья, произведенные по его повелению шаманами, предвещали одно
дурное с самого того момента, когда дошла до него первая весть о появлении за Каменным поясом русских казаков. Все шаманы в один
голос предсказывали Кучуму гибель его царства. Троих из них он велел утопить в Иртыше, но это не смягчило впечатления от их предсказаний.
— Напрасно вы такого
дурного мнения обо мне, княжна Нина, — произнес он наигранно печальным
голосом, — я искренно люблю вас!
— Республика, конечно! — ответил Мирон, склонясь над столом; он упирался ладонями в распластанный лист газеты так, что бумага натянулась и вдруг лопнула с треском. Якову это показалось
дурным предзнаменованием, а Мирон разогнулся, лицо у него было необыкновенное, и он сказал не свойственным ему
голосом, крикливо, но ласково...
— Боже, Боже! — чуть не ежедневно восклицала княжна с отчаянием в
голосе. — Хотя бы мне что-нибудь узнать о нем, хорошее или
дурное — все равно. Во всяком случае мне было бы легче, чем эта ужасная неизвестность.
— И по-латыни! — вскрикнули маменька удивленно-жалким
голосом, — То были простые, а теперь будут латинские
дурни!..
Не знаю, какой
дурной человек выучил Ваню разыгрывать роль городничего, отыскивающего своих арестантов. Все помирали со смеху, когда мальчик, щуря глаза и ныряя по сторонам, взывал тоненьким, пискливым
голосом: «Арестанты! арестанты! где вы?» Но Ларивон скоро прекратил эту комедию, сказав Ване, что стыдно и грешно передразнивать покойника.
— Осрамился, старина, нечего сказать, — слышу я укоризненный
голос Коршунова. — От тебя разит вином… Не стыдно тебе? Не стыдно тебе, гадкий мальчишка, каждый вечер проводить в компании каких-то подозрительных субъектов, выгнанных за лень и
дурное поведение из училищ, играть с ними в карты и пить вино? Вот они, результаты такого времяпрепровождения. Упал в обморок, как какая-нибудь слабонервная кисейная барышня. Стыдись!.. Ведь мы все знаем, что ты проделываешь, когда возвращаешься из училища. И все мы…
— Стыдно вам! — зазвучал снова ее
голос. — Стыдно вам, что вы, зная, как проводит время этот мальчик, оторванный от семьи, безвольный и мягкий, не остановили его вовремя, не пришли к нам, наконец, за советом. Ведь мы здесь как сестры и братья, чего же нам стесняться, господа? Да, он ничем не виноват, этот несчастный Федя. Его увлекли
дурные примеры гадких мальчишек, и вот…
Нет, я мог бы еще многое придумать и раскрасить; мог бы наполнить десять, двадцать страниц описанием Леонова детства; например, как мать была единственным его лексиконом; то есть как она учила его говорить и как он, забывая слова других, замечал и помнил каждое ее слово; как он, зная уже имена всех птичек, которые порхали в их саду и в роще, и всех цветов, которые росли на лугах и в поле, не знал еще, каким именем называют в свете
дурных людей и дела их; как развивались первые способности души его; как быстро она вбирала в себя действия внешних предметов, подобно весеннему лужку, жадно впивающему первый весенний дождь; как мысли и чувства рождались в ней, подобно свежей апрельской зелени; сколько раз в день, в минуту нежная родительница целовала его, плакала и благодарила небо; сколько раз и он маленькими своими ручонками обнимал ее, прижимаясь к ее груди; как
голос его тверже и тверже произносил: «Люблю тебя, маменька!» и как сердце его время от времени чувствовало это живее!
Как теперь смотрю на тебя, заслуженный майор Фаддей Громилов, в черном большом парике, зимою и летом в малиновом бархатном камзоле, с кортиком на бедре и в желтых татарских сапогах; слышу, слышу, как ты, не привыкнув ходить на цыпках в комнатах знатных господ, стучишь ногами еще за две горницы и подаешь о себе весть издали громким своим
голосом, которому некогда рота ландмилиции повиновалась и который в ярких звуках своих нередко ужасал
дурных воевод провинции!
— Дорогая моя… — говорил он отрывисто, и в
голосе его слышалась мучительная, слепая, томная страсть. — Дорогая… Я хочу вам помочь… вместо горничной… Нет! Нет!.. Не подумайте чего-нибудь
дурного… Какая у вас грудь… Какое тело…
Кто живал зимою в деревне и знает эти длинные, скучные, тихие вечера, когда даже собаки не лают от скуки и, кажется, часы томятся оттого, что им надоело тикать, и кого в такие вечера тревожила пробудившаяся совесть и кто беспокойно метался с места на место, желая то заглушить, то разгадать свою совесть, тот поймет, какое развлечение и наслаждение доставлял мне женский
голос, раздававшийся в маленькой уютной комнате и говоривший мне, что я
дурной человек.
— Не кричи, пожалуйста! — проговорила строгим
голосом Красавица, — мы и не думаем приставать к тебе; мы только высказали наше неудовольствие и теперь и знать не хотим такую
дурную девочку.
— Ну, так что же Тася? — произнесла негодующим
голосом Тарочка. — Твоя Тася оказалась очень
дурной девчонкой! И я ничуть не жалею, что она наказана. Я до сих пор считала ее доброй девочкой и только большой шалуньей и охотно дружила с ней, a теперь вижу, что она нехорошая,
дурная. Подставить исподтишка ножку — это уже не шалость, a злость, она просто злючка, твоя Тася.
— Я не буду наказывать вас, — произнес господин Орлик грустным
голосом, — вы уже достаточно наказаны и угрызениями совести, и этими минутами стыда перед подругами и мной. Бог с вами. Пусть это послужит вам хорошим уроком и раз навсегда предостережет от всего
дурного.
Аглая подперла рукой подбородок и запела тонким, визгливым, тягучим
голосом. А вверху над потолком тоже раздавались какие-то неясные
голоса, которые будто угрожали или предвещали
дурное. Во втором этаже после пожара, бывшего когда-то очень давно, никто не жил, окна были забиты тесом и на полу между балок валялись пустые бутылки. Теперь там стучал и гудел ветер и казалось, что кто-то бегал, спотыкаясь о балки.
Леонид Федорович (возвышая
голос). Прошу тех, кто остается, не шалить и относиться к делу серьезно. Могут быть
дурные последствия. Вово, слышишь? Если не будешь сидеть смирно, уйди.
Узнав в тот же день, я заговорил кротко, но твердо и резонно. Она сидела на постели, смотрела в землю, щелкая правым носком по коврику (ее жест);
дурная улыбка стояла на ее губах. Тогда я, вовсе не возвышая
голоса, объявил спокойно, что деньги мои, что я имею право смотреть на жизнь моими глазами, и — что когда я приглашал ее к себе в дом, то ведь ничего не скрыл от нее.
— Мой отец был простым рабочим, — добавил он грубым, отрывистым
голосом, — но я в этом не вижу ничего
дурного.
Рабочий, видимо, шутил, но Иван Иванович не мог разобрать, где кончается шутка и начинается серьезное, и сердце у него порывами начинало сильно трепыхаться и начиналась изжога, как будто он много съел
дурного, прогоркшего масла. Но проходил час и другой, и никто его не трогал, хотя многие грозились, а один мальчишка снежком залепил ему в голову. Мальчишку обругали, а Иван Иванович совсем успокоился и за себя, и за пальто и уже начал понемногу распоряжаться и повышать
голос...
— А, Ростов? Здорово, здорово! — закричал он всё тем же
голосом, как бывало и в полку; но Ростов с грустью заметил, как с этою привычною развязностью и оживленностью какое-то новое
дурное, затаенное чувство проглядывало в выражении лица, в интонациях и словах Денисова.